Что я вижу

Посмотрите на мой рисунок. Что вы видите? Давайте я вам расскажу.

Этот рисунок про моего папу. Рождественской ночью он едет домой. Ко мне и маме. Он знает, что мы его ждём и поэтому он не торопится — ведь зимние дороги опасны. Тише едешь — дальше будешь! Папа едет издалека, везёт гостинцы от дедушки и бабушки. Спорим, что на дне пакета спрятаны зайцы-леденцы и медовый пряник с айвовым повидлом? Для меня.

Папа за рулём уже третий час, и хотя музыка скрашивает долгую дорогу, постепенно наваливается усталость. Он останавливается отдохнуть и выпить горячего кофе.

Папа любит чёрный кофе, без молока и сахара — крепкий, как он сам. Я пока ещё ни разу не пила настоящий кофе (мама позволяет мне только слизывать пенку со своего капучино), но папа говорит, что самый вкусный кофе заваривают во Вьетнаме. По его словам, уровень крепости — «вырви глаз!», и я представляю себе маленьких одноглазых вьетнамцев, несущих корзины бананов … Так, я отвлеклась, это сюжет для другого рисунка!

А сейчас папа сидит в кафе, греет ладони об стаканчик ароматного кофе и смотрит на небо. Однажды он пообещал мне подарить луну, но её очень трудно поймать: она то растёт до размера огромного колеса, то истончается до остроносого месяца. Мой папа — мечтатель. Хотя он давно уже взрослый…

Мама разглядывает мой рисунок и улыбается: в астрономии её дочь не сильна, ковши сестёр-медведиц смотрят не туда, куда надо. Но это не имеет значения, потому что сегодня я рисую тепло любви, а не карту звёздного неба…

PS: работа Дарины участвует в конкурсе рисунков (для оформления кофейных стаканчиков сети заправок WOG). Вы можете поддержать Дарину, пройдя на ссылке и нажав «сердечко» https://dyvokava.wog.ua/?page=5#830

Звуки сердца

— Моя нежная Элоиза! Цветущая, смешливая Элоиза… Ты пробуждаешь звуки волшебной флейты в моём сердце… Все мысли мои только о тебе…

— Моя бедная матушка! Чуткая, рано состарившаяся матушка… Ты умираешь на моих глазах от мучительного кашля… Все молитвы мои только о тебе…

— Мой строгий отец! Благоразумный, рассудительный отец… Ты требуешь от меня забыть Элоизу и сосредоточиться на сочинении музыки, иначе не будет средств лечить матушку. Все денежные надежды твои только на меня…

Мысли и чувства вихрем кружились в голове. Первая любовь… Жестокая болезнь… Сыновий долг… Как легко сочинять музыку и как трудно быть молодым и бедным!

Казалось, что душа выворачивалась наизнанку и сама выплёскивалась динамическими водопадами на нотную бумагу. Вдруг композитор замер.

Не пойдёт. Слишком патетически. И пронзительная флейта здесь ни к чему. Ведь герцог заказал себе лёгкую музыку для приятного времяпровождения в элитном кругу, здесь же звучат очень личные переживания. Придётся переписывать.

Через неделю в известном парижском салоне играли новый цикл сонат для клавира и скрипки, сочинённый на заказ музыкальным гением из Зальцбурга. Лиричные звуки текли легко и выразительно, приглашённые гости развлекались, герцог одобрительно кивал головой в такт музыке: удачное приобретение.

Молодого композитора в зале не было. Музыкальному гению было физически больно слушать своё собственное сочинение: исправленная под вкус герцога музыка звучала абсолютным диссонансом тому, что творилось в его сердце. Он сидел в тёмном вестибюле, нервно комкая в руках два письма. Первое, на пяти листах, — прощание с Элоизой. Другое, краткое, — извещение отцу в Зальцбург о кончине матушки…

Преображение

Помирая, назначил старший болотный чёрт после себя преемника — никому неизвестного моложавого беса. Бахнул новый чёрт левым копытом по высокой кочке, полетела вонючая тина аж до небесных светил и уверовали лягушки, что преобразится скоро их гнилое болото в чудесное озеро с молодильной водой и белыми лебедями.

Двадцать лет ждали лягушки сказочного превращения. Не дождались. Лишь только ощетинились частоколом камыши вокруг высокой кочки, где обитал старший чёрт со своими бесами, да взяли в кольцо гнилое болото цепные слизняки — дабы не вздумали лягушки ускакать в поисках трясины почище.

А молва шла, что преобразилась высокая кочка в сказочное местечко: и ароматные лотосы там цветут, и белоснежные лебеди там курлычут, и жирных мошек там раздают слизнякам и бесам. А ещё молва шла, что выкопали бесы колодец с молодильной водой и потому главный чёрт не стареет, бодрячком держится: копытом торфяник роет, хвостом у соседей камыши отбирает, голым задом небесным светилам угрожает. И потому, несмотря на возрастающую вонь и скудное пропитание, гордились лягушки своим гнилым болотом.

Лишь редкие из них продолжали мечтать о сказочном преображении…

Раз собрались они у высокой кочки попросить у старшего чёрта допуска к молодильному колодцу: получили осокой по лапкам от цепных слизняков. Другой раз собрались они у высокой кочки: снова получили осокой по лапкам от цепных слизняков. Третий раз собрались они у высокой кочки: и опять получили осокой по лапкам от цепных слизняков.

Четвёртый раз…

Пятый раз…

Десятый раз…

Преображение.

Хищник

— Кто сказал «мяу»?

Тебе послышалось. Я не мяукаю. Я — хищный зверь. Меня сделали из мусора.

Из той самой бутылки из-под газировки, что ты покупаешь каждый день. Из того самого пластикового пакета, что ты берёшь в супермаркете каждую неделю. Из той самой остро-модной вещички из H&M, что надоедает тебе за месяц. Из того самого дешёвого китайского стульчика, что сломался меньше, чем за год.

Я — мусорный хищник. Я ем всё. И я расту. Меня кормишь ты.

Ну же! Давай. Сделай это! Я знаю, ты можешь. Носи с собой многоразовую бутылку для напитков. Захвати в магазин складную сумку. Посмотри на вещь в витрине и пройди мимо. На сэкономленные деньги купи добротный стул. Сократи мусор в своей и моей жизни.

Я не хочу больше расти. Я мечтаю быть обычной кошкой. Жить в твоём уютном доме, незагаженном ненужными вещами. Пить молоко из фаянсового блюдца. Подставлять спинку для любящих поглаживаний. И однажды вечером сказать тебе благодарное «мяу»…

Набережная Expo в Лиссабоне

Кодекс благородного человека образца 1776 года до нашей эры

…Так повелеваю я, могучий властелин Месопотамии, чтобы земля моя следовала правде и праведной жизни… Так великие боги поручили мне заботиться о моих подданных…

***

196. Выбить глаз мужчине высшего ранга = выбить глаз виновнику.

197. Сломать кости мужчине высшего ранга = сломать кости виновнику.

198. Выбить глаз или сломать кости простолюдину = заплатить 60 монет.

199. Выбить глаз или сломать кости рабу = заплатить хозяину половину стоимости раба.

***

209. Ударить женщину высшего ранга и спровоцировать выкидыш = заплатить десять монет.

210. В случае смерти женщины высшего ранга = убить дочь виновника.

211. Ударить простолюдинку и спровоцировать выкидыш = заплатить пять монет.

212. В случае смерти простолюдинки = заплатить 30 монет.

213. Ударить рабыню и спровоцировать выкидыш = заплатить две монеты хозяину.

214. В случае смерти рабыни = заплатить 20 монет хозяину.

***

Внимание, вопрос: сколько монет стоит дочь благородного человека?

zorikto
Работа художника Зорикто Доржиева, Улан-Удэ

Лига зверей

Испокон веков кроткие овцы мирно паслись на восточных землях, пока к ним не нагрянули жадные хищники из далёких западных пределов.

— Вы недостойны называться цивилизованными животными. Вы не так состригаете шерсть. Вы неверно моете копыта. Вы жуёте неправильную траву. И вообще — вам нужен пастух! — под такими лозунгами пришлые с запада волки, львы и лисы начали качать права за управление восточными территориями.

Овцы не видели ничего плохого в своём традиционном укладе, но могли лишь бестолково блеять в ответ на притязания хищников. Постепенно пришлось отдать львам в кормление земли на побережье, лисам — у реки, а волкам — в горах…

Вскоре в далёких западных пределах хищники рассорились между собой. Яростные волки пошли войной против львов и лисиц. Казалось, что никому нет больше дела до восточных земель.

И только Мудрейший Баран понимал, что когда кровавая бойня на западе закончится, хищники снова возьмутся за старый дерибан на востоке. Он сделал хитрый ход: дождавшись перелома в войне, отправил батальон ягнят сражаться на побеждающей стороне…

На параде победы овцы гордо маршировали рядом со львами и лисами, насмехаясь над поверженными волками. Вместе с другими лидерами Мудрейший Баран отполированным до блеска копытом поставил оттиск на эпохальном документе — уставе Лиги Зверей.

Так воцарился новый мировой порядок и цивилизованные хищники признали овец за равных…

Рождение поэта

Июньский воздух над рисовыми полями такой плотный, что ветер закручивается чудесными вихрями и уносит мальчика в мир несбыточных фантазий. В потоках жаркого ветра ему чудятся коварные русалки и простодушные демоны, рогатые драконы и крылатые кони, громогласные великанши и немой флейтист.

Мальчик станет поэтом. Он будет писать так, как никто никогда раньше не писал на его земле. Его слова будут стучать в сердца королей и простолюдинов.

Он познает славу и отчаяние. Он будет заливать рисовым вином запретную любовь к прекрасной принцессе. Пьянки приведут его к кровавым дракам. Он выстоит, но будет посажен в тюрьму.

Позже, разжалованный из придворных поэтов, он станет монахом. Отрешившись от людской суеты, он выразит в стихах пронзительную боль и вдумчивую радость своего сердца. Он переживёт четырёх королей и станет подлинным властителем людских душ.

«Я служу благодати. Дай мне силы достичь просветления.

Я рождён, чтоб словами пройти сквозь время и зажечь небеса…»

Воплощение

Она родилась смертной женщиной…

Сорок лет назад её отец недовольно хмурился — ещё одна никчемная дочь!

Тридцать лет назад учитель бил её линейкой по рукам — нерадивая ученица!

Двадцать лет назад преподаватель бранил её перед всем курсом — бездарная студентка!

Десять лет назад начальник смены донимал её выговорами — безответственная работница!

Всё изменилось шесть лет назад, когда его взгляд выделил её в экипаже стюардесс, обслуживавших первый класс. Он забрал её в королевскую гвардию, в свой личный эскорт. Он возвёл её из младших лейтенантов в генералы. Он назначил её главой адъютантского корпуса. Он пожаловал ей высшие ордена королевства и почётный титул гранд-дамы.

Трижды разведённый отец семерых детей, он, похоже, любил её. Все поданные могли видеть, как малосимпатичное лицо пожилого короля озаряется, когда она, распластавшись перед ним на полу, принимает из его рук очередную награду.

А однажды он объявил, что эта смертная женщина — воплощение богини удачи в нашем грешном мире, и провозгласил её своей королевой…