— Твоя рука — рука человека страдающего…

Она выдёргивает ладонь из рук шамана.

— Почему?

— Задай этот вопрос сама себе.

— Почему себе?

— Потому что это написано на руке, которая принадлежит тебе.

— Я всего лишь хочу вечной любви к одному-единственному человеку.

— Это значит, что ты не знаешь, что такое любовь…

Она снова протягивает ладонь гадальщику.

— Шаман, не говори больше о любви. Скажи, будут ли у меня деньги?

— У тебя сексуальная рука. У тебя много поклонников и тебе трудно сделать выбор.

— Зачем ты говоришь мне про поклонников, когда я хочу знать про деньги!

— Потому что когда ты ищешь деньги, ты находишь поклонников, которые тебя вожделеют, не давая взамен ни любви, ни денег.

— Шаман, ты слишком хитёр!

— Нет. Я всего лишь читаю написанное на твоей руке… Теперь раскрой пальцы пошире, а потом сожми в кулак. Я хочу знать: ты сама контролируешь свою судьбу или судьба контролирует тебя.

Она со смехом снова выдёргивает руку.

— Но я не хочу это знать, шаман…

Я в пути. Я поднимаюсь на Гору Души.

Вокруг — нетронутая красота. Я чувствую, как душа очищается до самого дна и сознание подключается к великому циклу природы. Я достигаю состояния радостной свободы, недоступной мне ранее.

Неожиданно дорогу обволакивает туман. Я ничего не вижу. Я в растерянности начинаю отступать, но путь исчез. Туман такой плотный, что его можно зачерпнуть ладонями.

Резкий порыв ветра на секунду расчищает обзор и я обмираю от страха: я на краю пропасти. Гора Души величественно синеет напротив сквозь вздымающиеся клубы тумана.

И снова серо-белая пелена наползает сзади. Я ничего не вижу, но мои чувства максимально обострены. Я жду. Потом начинаю кричать, но издаваемые мной звуки поглощаются туманом. Я не слышу сам себя. И вот тогда меня охватывает ужас.

Я пытаюсь вспомнить пройденный путь, но тщетно. Воспоминания бестолково перемешались в голове, как колода карт. Я нащупываю в кармане карамельки — их дал мне в путь Учитель с назиданием, что они помогут продержаться в лесу, если я вдруг заблужусь.

Я пересчитываю карамельки в кармане и перебираю в памяти истории о всех сгинувших на пути. И в этот момент я осознаю, что превращаюсь в рыбу, пойманную на крючок ужаса.

Я пересчитываю карамельки ещё раз, благодарю Учителя, выдыхаю туман из головы и жду чуда…

Мальчик мечтает…

Мальчик мечтает стать лётчиком. Сегодня семья летит в путешествие, а ему всё равно — куда. Пункт назначения не важен, главное — быть в самолёте, смотреть в иллюминатор на бескрайнее небо и далёкую Землю и представлять себя первым пилотом!

У мальчика сложились свои ритуалы авиапутешествий. Обязательно одеть тельняшку с ласточкой. Непременно взять книгу «Воздухоплавание: вояж глазами лётчика». Тайком от родителей спрятать на дно рюкзачка любимого плюшевого слона с крыльями. Ни в коем случае не спать во время полёта и перепробовать все соки, которые предлагают улыбчивые стюардессы.

Мечтательный мальчик верит, что каждый его взлёт будет стремительным, а посадка мягкой. Ведь он станет лётчиком, чтобы невидимой нитью проходить сквозь воздушные океаны, соединяя людей друг с другом. Потому что все дороги, даже небесные, ведут к людям, не так ли?

Проверка контрольных. Класс замер в тишине. Дети плохо справились с заданиями и знают — я недоволен. Вызываю по очереди.

— Зунг!

В отличие от предыдущих мальчиков, щуплый Зунг не плачет и не молит о пощаде. Лишь только морщится от боли каждый раз, когда моя хлёсткая линейка бьёт по его раскрытым ладоням. Меня злит и вгоняет в раж это молчание, я одержим желанием унизить гордеца. Капли крови появляются на детских ладошках…

Спустя 30 лет, после войны, Зунг заходит в школу — проведать меня, старого учителя. Мой ученик неловко обнимает меня одной рукой.

— Учитель!

— Зунг!

Я чувствую, как вспыхивает и в одно мгновение сгорает дотла моя душа при виде пустого рукава Зунга. Меня преследует боль воспоминания: я снова и снова вижу, как гордый мальчик идёт на место, прижимая две окровавленные ладошки к груди…

(c) Автор Vũ Thoảng, название в оригинале «Nỗi đau»

Глава I.

Я иду по улице.

Посреди тротуара — глубокая яма.

Я падаю в яму.

Я растерян… Я безнадёжен.

Это не моя вина.

Проходит целая вечность, пока я выбираюсь из ямы.

Глава II.

Я иду по той же самой улице.

Посреди тротуара — глубокая яма.

Я делаю вид, что я её не вижу.

Я снова падаю в яму.

Я не могу поверить, что я опять очутился в том же самом месте.

Но это не моя вина.

Проходит много времени, пока я выбираюсь из ямы.

Глава III.

Я иду по той же самой улице.

Посреди тротуара — глубокая яма.

Я её вижу.

Я всё равно падаю в яму… Это привычка… Но!

Мои глаза открыты.

Я знаю, где я нахожусь.

Это моя вина.

Я немедленно выбираюсь из ямы.

Глава IV.

Я иду по той же самой улице.

Посреди тротуара — глубокая яма.

Я обхожу её.

Глава V.

Я иду по другой улице.

Тревога постепенно улетучивается из материнского сердца, освобождая дорогу хрупкой радости. Сын счастлив! Пятилетний Лео подпрыгивает на месте и, смеясь, хлопает себя по бокам. Он — главный герой вечеринки «Львиный поезд». Любимая фишка в честь дня рождения!

Она готовила сына к большому событию целый месяц. Вместе раскрасили во все цвета радуги билеты-приглашения, нарисовали стенгазету «Мне пять лет!», разучили песенку паровозика из Ромашково, придумали конкурсы для гостей.

И сегодня Лео без задержек рассортировал грузы по пунктам назначения, ловко сцепил вагончики по номерам, уверенно прочертил маршрут на карте. Его выбрали локомотивом команды и он привёл ребят по «рельсам» прямо к «вокзалу», где был спрятан торт-паровозик.

Радость и надежда переполняют материнское сердце. Первая настоящая вечеринка сына! Лео иногда поглядывает на маму, но сам справляется с наплывом эмоций и сенсорных раздражителей. Шумные гости, игры, музыка… И Лео, её чувствительный Лео, не визжит, не кусается, не виснет на маме и не забивается в угол, закрыв уши ладонями.

И ещё — он наконец-то говорит! Правда, пока просто повторяет фразы из мультфильмов, но ведь это только начало пути.

Доброй дороги, локомотив Лео!

Утром 2 апреля шут проснулся от людского гула под окнами. Осторожно отодвинул штору: радостная публика водила хороводы, выкрикивая «Вовку на царство!».

— Меня? Царём?!!! А что, смогу.

— Вот, войском командовать буду! Выеду на коне, весь в белом, вечный мир провозглашу… Зрелищно, народу понравится!

Только вдруг вспомнилось шуту, как высмеивал он воевод да стрельцов, обзывал их дармоедами. М-да, и как теперь командовать? А тут ещё злобный карлик из соседнего леса так и норовит оттяпать полцарства, какой здесь мир?…

— О, боярам указы раздавать буду! По царскому велению, по моему хотению: пойди туда — не знаю куда, сделай то — не знаю что. Но чтобы в стране сразу процветание настало, иначе голова с плеч… Сказочно, народу понравится!

Но снова вспомнилось шуту, как высмеивал он бояр, обзывал их недотёпами да ворюгами. М-да, и как теперь указы раздавать?…

— А, повелю подданным смеяться каждый день, для увеличения долголетия и укрепления здоровья! Забесплатно, народу понравится.

Замечтался Вовка о всеобщем поклонении, пока не осенило: если раньше все смеялись его шуточкам над царём, то теперь над кем смеяться будут? М-да…

Загрустил шут, высунул голову в окно:

— Люди, я вчера пошутил!!! Не хочу я быть вашим царём…

Пианистка в вишнёвом

Рассыпала ноты.

Играю по памяти…

Не верьте, будто мы, русалки, утащили юную королеву на дно озера из зависти к её талантам и счастью…

Знайте, что это мы указали верховному жрецу на неё и она стала первой женой молодого короля. Это мы заслушивались её виртуозной игрой на музыкальных инструментах. Это мы радовались нежному смеху её младенца. Это мы разносили славу о ней в самые дальние уголки королевства…

Прекрасная и недостижимая, как звезда, она купалась в лучах обожания и уверовала в собственную исключительность. Ведь в нашем королевстве закон под страхом смертной казни запрещает всем подданным (даже родителям!) прикасаться к членам королевской семьи…

Долгожданная прогулка по озеру началась восхитительно: рулевой звучным голосом отдавал команды гребцам, музыканты на корме играли любимые мелодии, поварёнок сервировал пикник, пажи держали зонтики и опахала, служанки вовсю флиртовали с пажами, а юная королева с дочкой на руках наслаждалась бризом и пейзажами. Король из окна дворцового кабинета любовался красочной процессией на озере…

Неожиданный порыв ветра опрокинул прогулочную лодку. В один момент все оказались в воде. Никто из женщин не умел плавать, мужчины хватали кого за одежду, кого за волосы и тащили на берег…

Мы стучали каждому из них в сердце «Спаси свою королеву!», но ни один из богобоязненных подданных не посмел прикоснуться к королевской особе…

Целый день Леночка ждала от него звонка. Или хотя бы сообщения. Не дождалась.

Целый день он думал о другой. Она не ждала от него ни звонка, ни сообщения. Она умерла. Мама умерла ровно четыре года назад.

Когда мама умерла четыре года назад, он не позвал Леночку на похороны. Хотя мама, наверное, не возражала бы: она по-своему даже любила её, единственную женщину рядом с сыном в последние десять лет.

Для Леночки же, долгие годы делившей с ним беды и радости жизни, это так и осталось обидной загадкой: почему он отвергает её любовь и поддержку в скорби по матери?