Народ искренне любил своего короля. Сильный, статный — как величественно он сидел на спине белого слона, когда поднимался встречать рассвет в храм на горе!

Король вырос вместе с этим слоном. В боевых походах они становились единым целым. Для короля не было радости больше, чем ощущать тело могучего великана под собой, твёрдой рукой направлять его ход.

А по ночам молодой король сам превращался в слона. Любимая наложница являлась ему в образе смелого погонщика. Для короля не было блаженства больше, чем чувствовать её гибкое тело над собой, повиноваться её умелым движениям. Горячими ласками она вела его к рассвету в сияющем храме любви…

Смартфон у тебя в руках? Отлично! Открывай шагомер, время осознать свой путь.

Сколько шагов ты сделал сегодня? Похвали себя: ты не стоишь на месте!

Какое расстояние ты прошёл сегодня? Подбодри себя: ты приближаешься к цели.

Какую высоту ты преодолел сегодня? Гордись собой: ты поднимаешься к успеху.

Но! Как узнать расстояние, пройденное сегодня твоими мыслями? Как замерить внутренний монолог, вьющийся серпантином? Как подсчитать слова, пробегающие в твоей голове? Их слишком много.

Закрой шагомер. Убери смартфон в сторону. Сделай один-единственный шаг. Медленно. Осознанно. Как будто ты пишешь инструкцию «Как научиться ходить для чайников».

И когда твоя ступня коснётся земли, замри сам и останови бег своих мыслей…

Не найдя работу по специальности, Ната пошла работать гидом. Не потому, что она хорошо знала историю родного города или особенности национальной культуры. Всё было просто: Ната сносно изъяснялась по-английски, а это в провинции на вес золота.

Так Ната стала работать с иностранными туристами. На первой же экскурсии её познаний оказалось недостаточно: любопытный американец спросил о значении золотых зонтиков у ворот храма. Бойкая Ната не растерялась и быстренько сочинила «местную легенду» про золотой дождь, прибавив со смехом, что мечтает украсть один из зонтиков и наконец-то разбогатеть.

Импровизация имела неожиданный успех. С тех пор Ната много раз повторила эту «легенду» и сочинила несколько новых на потеху доверчивым туристам.

Но настоящим ноу-хау Наты стало замечание, как бы невзначай, что у неё как раз сегодня день рождения. Золотой дождь чаевых был обеспечен…

Ти-хань был солдатом. Много лет он искренне считал службу Родине и народу своим призванием. Но когда Родина развязала кровавый региональный конфликт под одобрительное улюлюканье народа, Ти-хань решил, что с него хватит.

Никто не ждал его дома, и Ти-хань ушёл в монахи. Бывшего солдата отправили на послушание в лесной монастырь на высокой горе.

Четырёхкилометровая дорога вверх занимала 3,5 часа. Дорога вниз — 2 часа. Каждый день Ти-хань проделывал это путь минимум один раз. Он спускал с горы мусор на переработку, собранные лекарственные растения, багаж престарелых паломников. Он поднимал в гору бурдюки с водой, корзины с продуктами, предметы первой необходимости.

После службы на благо абстрактной родины и безликого народа, Ти-хань пришёл к осознанию своего истинного призвания: служить людям…

Хвали! Это просто. Кому ты сегодня сказал доброе слово? Чьё старание ты отметил? Чьему успеху ты порадовался вслух? Будь внимательным.

Хвали! Это просто. Не жалей добрых слов. Хвали своих родных, друзей, коллег — всех, кто тебе дорог. Будь щедрым.

Хвали! Это просто. Нет, «молодец» — это не похвала, а пустой звук. Делись своими эмоциями, впечатлениями. Будь искренним.

Хвали! Это просто. Это нужно человеку рядом с тобой. Как рукопожатие. Как объятие. Как поцелуй. Будь открытым.

Хвали! Это просто. Напиши памятки на бумаге и размести в самых видных местах. Это твоё руководство к действию. Будь активным.

Хвали! И твой мир станет лучше…

В VIP-палате номер 25/88 (пентхаус!) царила праздничная атмосфера. Играл весёлый рокнрольчик, цокали бокалы, раздавался смех. Это Старый Ли, экстраверт по натуре, пригласил родных и близких проводить его в последний путь.

Старому Ли было не страшно умирать. Страшно было лежать в памперсе на больничной койке, с отказавшими почками и угасающим сердцем.

Он мог позволить себе самое дорогое медицинское обслуживание, но не видел смысла в поддержании собственной жизни. Его миссия в этом мире была выполнена.

Праздник умирания гудел уже шестой день, но Старый Ли продолжал жить. Врачи недоумевали: системы жизнеобеспечения были давно отключены. Где он брал энергию?

Старшая дочь поняла природу отца правильно. Она попросила всех гостей покинуть палату, выключила музыку, задёрнула шторы и ушла сама. В тихом полумраке и одиночестве Старый Ли, экстраверт, покинул этот мир…

С достижением определённого достатка в семье появилась домработница. Тем не менее, три вещи Анна продолжала делать самостоятельно: застилала постель, мыла бокалы и гладила мужу рубашки.

С постелью всё было понятно: это слишком интимное место, чтобы допускать туда постороннюю женщину. С бокалами тоже всё было понятно: это слишком дорогое стекло, чтобы доверять его торопливой помощнице. А вот по поводу глажки рубашек даже лучшая подруга не понимала Анну.

Для Анны же всё было просто. Муж покупал рубашки только сам, поэтому для неё они были как бы продолжением его самого. Потом, движение утюга по ткани погружало Анну в полумедитативное состояние.

В голове у неё возникала картинка, как стильно её успешный муж будет выглядеть в идеально отглаженной рубашке. И другая, самая главная картинка: муж знает и ценит, что за его успехом всегда незримо стоит она — его верная Анна…

Я стою на берегу озера. Я изнемогаю. Проходящий мимо рыбак узнаёт меня:

— Господин министр, что вы делаете здесь, вдали от столицы?

— Я оставил столицу. Мы движемся к краху. Мои коллеги погрязли в коррупции, а я чист. Мои коллеги потеряли ум в пьяном угаре, а я мыслю трезво.

— О, вы нагнетаете. Вернитесь в столицу, будьте как они, говорите с ними на их языке. Постепенно они поймут, что были неправы.

— Увы. Я искренне пробовал донести до них голос разума. Мне жаль. Мы все плохо кончим.

Рыбак ушёл, а я остался на берегу озера. Я набил карманы тяжёлыми камнями и вошёл в воды истории…

Сегодня, по прошествии 2256 лет, мои стихи и рассуждения считают вершиной мысли моей цивилизации. Хотя сама цивилизация погибла через 25 лет после моей смерти, как я и предсказывал…

Степан Иванович смотрел на карту необъятной родины и старался думать позитивно. А в моём-то регионе мужики ещё ого-го-го! Живучие!!! Правда, вокруг всё красным-красно, но ведь это не про меня, правда? Я-то ведь буду жить долго и счастливо, правда?

На этом месте позитив истощался, и перед глазами вставал отец-пенсионер. Иван Степанович вышел на пенсию 10 лет назад, болел, но продолжал работать, потому что пенсии с трудом хватало на коммуналку. Отец был бы счастлив послать опостылевшую работу куда подальше и заниматься внуками, рыбалкой, огородом. Он, географ по образованию, всё ещё мечтал побывать в Южном полушарии и увидеть собственными глазами, как вода сливается в раковину против часовой стрелки.

Степан Иванович задумался. А о чём мечтаю я, пенсионер будущего? Жаль, что я не умею мечтать о дальних странах, сидя с дырой в кармане над картой родины…

Белов увлекался виндсёрфингом, спортивными автомобилями, симфонической музыкой, ювелирным дизайном и неглупыми девушками. Сексуальный интерес к даме у него возникал только после демонстрации той определённого интеллектуального уровня. Глупышки его не возбуждали.

Всю последнюю неделю Белов предвкушал субботнее свидание со своей новой интернет-пассией. Ольга обладала сногсшибательным аватаром (срисованным с её натуры, как утверждалось) и дразнящим стилем переписки.

В пятницу вечером Белов с нетерпением открыл сообщение от Ольги. Она писала, что ждёт не дождётся с ним встречи, ведь он так похож на любимого ею Стаса Михайлова!

Белов никогда не слышал про Стаса Михайлова. Пришлось гуглить. Результат разочаровал.

Белов думал недолго: Ольге улетело ответное сообщение от отмене завтрашнего свидания и всех последующих…