Лиза стеснялась говорить о своей четвёртой беременности. Шутка ли, забеременеть в сорок пять лет, да после трёх сыновей! Благо, что раздавшееся от предыдущих родов тело хорошо скрывало нежданную беременность от нескромных взглядов.

Лиза перестала стесняться позднего материнства, когда поняла, что её поздний малыш — особенный ребёнок и ему нужна помощь. Выплакав своё море слёз, она организовала клуб, где дети могут самовыражаться в арт-проектах, общаться с животными и просто чувствовать себя полноценными.

Главной же фишкой Лизиного клуба стало сотрудничество с местными сёрферами. На сёрфовой доске её аутичный сын взлетает к небу. На гребне волны он ловок, независим и счастлив.

И Лиза тоже счастлива, несмотря на живущий в потаённом уголке сердца страх. Страх того, что однажды её не станет и жестокие волны реального мира поглотят её особенного сына…

После драки со старшим братом обида гнала Алю прочь из дома. К маме! Упасть ей на колени, выплакаться, забыть про гада братца.

Она хорошо знала дорогу в Академгородок, к родителям на работу. Шестилетняя Аля справилась с пешеходным переходом, дождалась нужный троллейбус, но до места добралась лишь к концу рабочего дня.

Мама с коллегами уже шла на электричку, ехать домой. И вдруг у Али пропала вся смелость. Она не рискнула подбежать к матери. Она спряталась в тамбуре от контролёра и возможных друзей родителей.

На своей станции Аля первая выскочила на перрон и побежала дворами к хлебному магазину. Там-то она и встретила маму. Но слёзы обиды уже высохли. Появился страх, что та узнает про Алин самостоятельный поход и накажет не гада братца, а саму Алю…

Первые двое детей, дочь и сын, у них получились случайно, из любовной страсти. Третий ребёнок был их осознанным выбором. Они долго думали, взвешивали «за» и «против». Против в основном высказывался муж.

Но! Они решились. Так через семь лет после сына родилась их звёздочка Зоряна…

— Папа, он не пришёл, он заблудился. Я не могу уснуть без него!

— Зоряна, звёздочка моя, не плачь. Твой единорожек просто пошёл купаться перед сном. Закрывай глазки, он уже плывёт к тебе: мокрый и довольный.

И в сердце мамы Зоряны, невольно подслушавшей диалог мужа с дочкой перед сном, разливается свет. Это новый космос. Это вселенная. Это любовь.

Это был очень древний фолиант: его переплёт давно сгнил и страницы рассыпались. Придворные художники, собравшиеся на совет, долго спорили, но так и не смогли прийти к единому мнению: какая картинка соответствует какой истории.

Неожиданно для всех слово взял старый слепой мастер. Он попросил привести на совет семилетнего ребёнка. Недоумевающие молодые художники, ворча, из уважения исполнили его просьбу.

Мальчик словами описывал старику, что он видит на картинках, а тот называл легенду. Вскоре порядок страниц в древнем фолианте был восстановлен.

Молодые художники, потрясённые, спросили слепого мастера, как у него это получилось. Тот ответил:

— Гений древности рисовал эту книгу. Он видел мир глазами Создателя. А тот видит мир глазами семилетнего ребёнка…

Вечером ты механически листаешь ленту новостей. Твой взгляд фиксируется на заголовке о горящем торговом центре и первых жертвах пожара.

Ночью ты плохо спишь, ты истекаешь потом. Ты ругаешь себя: и зачем я только читал эти жуткие новости перед сном?

Весь день ты не в состоянии сосредоточиться на работе. Ты то и дело возвращаешься к прямому эфиру с места пожара. Очень много жертв, сгорели дети, ищут пропавших без вести.

Ты пытаешься успокоить свой мозг: сгорели не твои дети, ты живёшь в другом городе, какое тебе вообще дело? Но ты чувствуешь эту боль! Она жжёт тебя. В каждом обугленном теле — твоя предсмертная конвульсия. В каждом задохнувшемся крике — твоё последнее дыхание…

Когда  отец был ещё простым работником, то даже из долгих дальних командировок он всегда возвращался в родное село проведать бабушку. Хотя бы один раз в месяц.

Однажды до села дошли новости, что отец выслужился до большого начальника. Бабушка была неимоверно рада. Но прошло больше года, а отец так ни разу у неё не появился. Погрустнела бабушка, от печали совсем подкосилось её здоровье.

Как-то раз кто-то из соседей сообщил, что видел отца по телевизору: тот давал интервью в какой-то передаче. С того дня целыми днями в доме бабушки не выключался телевизор. Она сидела перед экраном в надежде хоть так встретить отца.