Лиза стеснялась говорить о своей четвёртой беременности. Шутка ли, забеременеть в сорок пять лет, да после трёх сыновей! Благо, что раздавшееся от предыдущих родов тело хорошо скрывало нежданную беременность от нескромных взглядов.

Лиза перестала стесняться позднего материнства, когда поняла, что её поздний малыш — особенный ребёнок и ему нужна помощь. Выплакав своё море слёз, она организовала клуб, где дети могут самовыражаться в арт-проектах, общаться с животными и просто чувствовать себя полноценными.

Главной же фишкой Лизиного клуба стало сотрудничество с местными сёрферами. На сёрфовой доске её аутичный сын взлетает к небу. На гребне волны он ловок, независим и счастлив.

И Лиза тоже счастлива, несмотря на живущий в потаённом уголке сердца страх. Страх того, что однажды её не станет и жестокие волны реального мира поглотят её особенного сына…

«Смерт… это… к…» Наполовину стёршаяся, едва читаемая надпись обнаружилась на внутренней стороне левой руки дочери после уроков. Мозг Светланы взорвался: пылающими потоками лавы обрушились на неё мысли о подростковых группах смерти в соцсетях. Ей хотелось кричать, но получалось какое-то шипение, переходящее в вопросительный визг:

— Ты… нам всем… горя хочешь? Что у тебя в голове? Смерть — это красиво? Клёво? Круто?

Взрывная реакция обычно уравновешенной матери испугала дочь. Девочка растерянно смотрела на свои руки, покрываясь пятнами, потом заговорила горячо и сбивчиво:

— Мама, я никому не хочу горя! Мне стало скучно на уроке китайского, я баловалась. Я хотела написать «Смертная скука этот ваш китайский», но меня вызвали к доске. А потом я совсем забыла про это, мама…

Даниэль любил свою Даниэлу щедрой любовью. Во время помолвки он подарил ей кольцо с изумительным бриллиантом в подтверждение своей прочной любви. На рождение сына он преподнёс ей серёжки с загадочными цейлонскими сапфирами. На рождение дочери он застегнул на её шее колье с мерцающим рубиновым сердцем. Каждую годовщину свадьбы коллекция Даниэлы пополнялась новыми ювелирными украшениями.

После смерти мужа Даниэла убрала бесценную шкатулку с глаз долой. Теперь она часами сидела у компьютера, смотря передачи популярных блогеров в YouTube. Её удивляло, что молодое поколение не гонится за роскошными вещами, а предпочитает тратить деньги на интересный жизненный опыт: далёкие путешествия, экстремальные развлечения, необычные хобби.

После смерти Даниэлы дети достали заветную шкатулку. Их ожидал шок: мать обменяла все свои драгоценности на новомодные бусинки-шармы Пандора. Под ворохом малоценных бирюлек лежал рекламный буклет фирмы: «Наши изделия напомнят вам о замечательных моментах вашей жизни!»

На похоронах матери бывшего мужа Инга плакала тихо, закусив губу, чтоб не завыть. Слёзы текли сами, безоостановочно…

В пелене горьких слёз Инга видела картины своей жизни:

Вот она, молодая и красивая, едет следом за любимым мужчиной в его далёкую страну. Наивная, она верит, что новая семья её тоже полюбит.

Вот при первой же встрече она сталкивается с враждебностью матери мужа. Старая женщина не принимает невестку другой расы, иной веры, с чужеземным акцентом.

Вот через 7 лет её выгоняют из дома. Бабка заставляет сына отобрать у Инги детей, всячески науськивает их против неё, разрешает встречаться только по два часа в неделю.

Вот следующие 13 лет жизни как в кошмарном сне, с разбитым сердцем и порванной душой. Инга существует только ради свиданий с презирающими её детьми.

И вот звонит сын: «Бабушка умерла. Приди на похороны, попроси у неё прощения»…

В VIP-палате номер 25/88 (пентхаус!) царила праздничная атмосфера. Играл весёлый рокнрольчик, цокали бокалы, раздавался смех. Это Старый Ли, экстраверт по натуре, пригласил родных и близких проводить его в последний путь.

Старому Ли было не страшно умирать. Страшно было лежать в памперсе на больничной койке, с отказавшими почками и угасающим сердцем.

Он мог позволить себе самое дорогое медицинское обслуживание, но не видел смысла в поддержании собственной жизни. Его миссия в этом мире была выполнена.

Праздник умирания гудел уже шестой день, но Старый Ли продолжал жить. Врачи недоумевали: системы жизнеобеспечения были давно отключены. Где он брал энергию?

Старшая дочь поняла природу отца правильно. Она попросила всех гостей покинуть палату, выключила музыку, задёрнула шторы и ушла сама. В тихом полумраке и одиночестве Старый Ли, экстраверт, покинул этот мир…